Бим-Бад Борис Михайлович

Официальный сайт

Если свойства человека надлежащим образом развиты воспитанием, он действительно становится кротчайшим существом. Но если человек воспитан недостаточно или нехорошо, то это самое дикое существо, какое только рождает земля.

Платон

Седова Е. Е. Русская музыкальная культура как фактор национального воспитания в Российском Зарубежье

Автор: Е. Е. Седова

Русская музыкальная культура как фактор национального воспитания в Российском Зарубежье
Седова Е.Е.
Российская эмиграция «первой волны» в 20-40-гг. ХХ века составила за границей уникальное сообщество. Исключительность его состояла в той сверхзадаче, что поставила перед беженцами из России история. Один из литераторов Российского Зарубежья В. Абданк-Коссовский писал: «Ни одна эмиграция… не получала столь повелительного наказа продолжать и развивать дело родной культуры, как зарубежная Русь»[1]. В эмиграции продолжают существовать и активно развиваться разнообразные течения в области культуры, науки, литературы, искусства и образования, существование которых по идеологическим мотивам невозможно было в Советской России. По мнению Е.Г.Осовского, «мы имеем дело с двумя ветвями культуры, которые временно, разойдясь, состоялись как два российских образовательных пространства, каждое со своим пониманием проблемы преемственности культуры»[2]. Во многом благодаря эмиграции русская культура стала восприниматься как составная и значимая часть мировой культуры. При этом яркие представители российской культуры, оставаясь россиянами по духу и языку, внесли особый вклад в культуру, искусство и образование приютивших их стран.
Первая мировая война застигла за пределами Родины целый ряд творческих деятелей. Отрезанные линией фронта, а затем революцией, они приняли решение продолжать гастроли и остаться в Европе. Среди них балетная труппа во главе с С.Дягилевым, И.Стравинский, дирижер, пианист И. Маркевич и др. Наиболее распространенным способом выезда для деятелей ис­кусства были зарубежные гастроли. Так выехали Ф.И. Шаляпин, С.В. Рахманинов, пианист А.К. Боровский, скрипач Э.А. Купар, режиссер и драматург Н.Н. Евреинов, компози­тор С.С. Прокофьев и мн. др. А.К. Гла­зунов в 1928 г. был приглашен в Вену для участия в жюри между­народного конкурса и в Россию больше не вернулся. Таким образом, в эмиграции оказалась значительная группа музыкальных деятелей - композиторов, музыкантов, певцов, организаторов хоров, мастеров балетного искусства: С.С.Прокофьев, С.В.Рахманинов, Н.Н. Черепнин, Н.К. Метнер, А.Т.Гречанинов, А.К.Глазунов, С. Лифарь, А.Павлова, С.Дягилев, Д.Баланчин, С.А. Кусевицкий, Н. Балиев, Ф.И.Шаляпин и многие другие. Благодаря их творческой активности в Париже, Праге, Берлине, Харбине имела место яркая музыкальная жизнь. Многие из них считали, что выполняют священную миссию сохранения национальных традиций русской культуры и передачи их  молодому поколению. «Наша задача - убеждать Европу в том, что мы говорим здесь не столько о музыке русской, сколько об основных этапах развития музыки в России, о ее значении для мировой музыкальной культуры», - писала газета  «Последние новости» в 1922 г.[3].
Российская эмиграция как особый социокультурный феномен несла в себе исторический опыт и традиции русской культуры и образованности, ее целостность и органичность, которые проявлялись во всех сферах духовной и материальной жизни эмиграции. Исследователи выделяют целый комплекс специфических черт российской эмиграции. Применительно к проблемам образования и культуры их можно свести к следующей характеристике: 1) стремление к сохранению и развитию национальной культуры - исторических традиций, образованности, религии, языка и этнической идентичности; 2) развитие национально ориентированных форм духовной жизни и деятельности - художественно-эстетической, философской, научной, образовательно-просветительной, религиозной; 3) создание единого образовательного пространства и национальной системы образования - от дошкольных учреждений до русской высшей школы и защиты ученых степеней и присвоения ученых званий[4].
Формы бытования искусства в изгнании мало отличались от дореволюционных: успешно работали музыкальные, балетные и художественные школы, руководимые деятелями культуры, устраивались спектакли и выставки, проводились концерты русской музыки и т.п. В Берлине в 20-е гг. был создан Русский дом искусств, открывший свои двери для многих творцов русской культуры. В эмиграции начали создаваться музыкальные школы, формироваться авторские школы балета, давались частные уроки музыки. Наиболее известны балетные школы Д.Баланчина (1934) и М.М.Мордкина(1937) в США, Н.Г.Легата в Лондоне(1934), школа танцев Л.Н. Егоровой(1923) и балетные студии М.Ф.Кшесинской(1929) в Париже,  школа пения М.В.Осиповой - Закржевской в Харбине (1920), Джульярдская музыкальная школа И.А.Левина в Нью-Йорке (1924) и др. Они развивались как формы профессионального или внешкольного, дополнительного, образования.
Возникла потребность в создании высших и средних музыкальных учебных заведений. Ими стали Русская консерватория им. С.В.Рахманинова в Париже, Высшая музыкальная школа им. А.К.Глазунова в Харбине, Еврейский музыкальный институт в Ковно (ныне - Каунас, Литва) и еще ряд учебных заведений. Некоторые   из   них  трудно  назвать   высшими   с   тоски   зрения современного подхода, но в тот период они давали не только достаточно высокую практическую подготовку, но и теоретическое образование.
Наиболее значительным учебным музыкальным заведением Российского Зарубежья являлась Русская консерватория в Париже. Она возникла в 1924 г. по инициативе композитора, дирижера и музыкального деятеля Н.Н.Черепнина при активном участии бывшего директора императорских театров кн. С.Волконского. Как пишет В.Костиков, Русская консерватория возникла из музыкальной школы при Народном университете в Париже, при которой имелись классы фортепиано, скрипки, пения, духовых инструментов (директор Ю.Н Померанцев)[5]. Сразу же при создании, согласно дореволюционным уставам, был избран почетный Председатель консерватории - С.Рахманинов, чье имя она стала носить. Создание высшего музыкального учебного заведения в эмиграции поддержали известные композиторы и музыканты: С.Рахманинов, С.Кусевицкий, оперные певцы С.Н.Гладкая-Кедрова, Н.Н.Кедров, музыкант Е.Гунст и др. Состав консерваторских препода­вателей, особенно в первые годы существования, был блестящим. Преподавали в ней крупнейшие педагоги-музыканты (Н.К. Метнер, В.Н.Ильин, А.К. Глазунов, Ю.Э. Конюс, Б.С.Коменский, В.И.Поль и др.), которые пользовались широким признанием в эмигрантской и европейской среде.
Музыкальная династия Черепниных внесла значительный вклад в музыкальную культуру русской эмиграции. Николай Николаевич Черепнин (1873—1945) - ученик Н.А. Римского-Корсакова, член Беляевского кружка, профессор Петербургской консерватории (1909—1918), дирижёр, композитор. С 1921 жил во Франции, где продолжал активную просветительскую, дирижерскую, композиторскую деятельность и  выступил главным инициатором создания Русской консерватории. Он проработал в ней почти до последних дней жизни. Будучи единогласно избран директором с правом преподавания, Черепнин (чтобы не лишать заработка кого-либо из бедствовавших музыкантов) отказался не только от преподавания, но и от причитавшегося ему директорского жалованья и работал бесплатно[6].
Помимо Н.Н.Черепнина Русскую консерваторию в Париже в разное время возглавляли кн. С.Волконский, П.И.Ковалев, А.Требинский, В.Поль, гр.П.Шереметьев.
Кн. Сергей Михайлович Волконский (1860 - 1937) внес немаловажный вклад в развитии художественной культуры, как дореволюционной России, так и Российского Зарубежья. В 1922-25 годах С.М. Волконский находится в Германии и Италии, а с середины двадцатых годов живет в Париже. В различных учебных заведениях европейской столицы он преподает сценическую речь, читает лекции о русской литературе, культуре и истории, сотрудничает с крупнейшей эмигрантской газетой «Последние новости», участвует в устроении знаменитых «Парижских сезонов» Дягилева.  Принимает активное участие в создании, а в 1936-37 годах директорствует в  Русской консерватории в Париже[7].
Поль Владимир Иванович (1875 - 1962) - пианист, композитор, педагог, художник. Окончил естественное отделение физико-математического факультета Киевского университета, а затем получил музыкальное образование в Киевской консерватории по классу рояля у профессора А. Пухальского и по теории музыки - у Е.Рыбы, ученика Н.Римского-Корсакова. Кроме того, учился в Киевском художественном училище, брал уроки у Н. Ге. Сочинял музыку, преподавал, был директором Крымского отделения Русского музыкального общества. Революцию Поль вместе с женой Анной Михайловной Петрункевич (более известной под сценическим псевдонимом Ян Рубан) встретили в Крыму. Эмигрировав, поселились в Париже. Где были написаны три небольших балета, многочисленные романсы. Поль был одним из создателей Русского музыкального общества  и Русской консерватории в Париже, после смерти С.Рахманинова - ее почетным председателем и активным участником всех музыкальных мероприятий русской эмиграции[8].
Обучение в консерватории было построено путем организации классов и студий. Класс фортепиано и скрипки вели профессора В.И.Поль, П.И.Ковалев, педагоги П.Львовская, Р.Оцуп, Е.Степанова, С.Мелин-Беглярова, Б.Зак, А. Рахманова. Класс вокала - проф. Н.Н.Кедров, С.Гладкая-Кедрова, М.Славина, Е.Тер-Карганова, Ян Рубан (А.Петрункевич), В.Страхова, А.Александрович, В.Бернарди, И.Кедрова. Класс скрипки - И. Галамян, В.Вальтер, Б.Каменский, Ю.Конюс.
Музыковедческие дисциплины преподавал Владимир Николаевич Ильин (1891—1974) - богослов, философ, композитор.  Он окончил Киевский университет по физико-математическому, историко-филологическому и философскому факультетам; Киевскую консерваторию по классу композиции. В 1919 эмигрировал сначала в Константинополь, затем переехал в Берлин, где в университете совершенствовался по богословию. Участник Религиозно-философской академии (1922—40). В годы второй мировой войны недолго жил в Германии. С 1949 профессор Русской консерватории в Париже.
Изучение программ по классам отдельных инструментов, элементарной теории, гармонии, энциклопедии (такой предмет был в Московской кон­серватории до революции), оперного, хорового, ритмики, инструмен­тального ансамбля, истории музыки и эстетики показывает явную ориен­тированность на традиции русских консерваторий. Даже учебники были в ходу те же самые.
В Русской консерватории обучались все, стремившиеся овладеть основами музыкальной культуры. Выпускники консерватории приглашались для работы в музыкальные центры различных стран мира, вели педагогическую деятельность. Благотворительную помощь консерватории оказывали многие русские коммерсанты (М.А.Дженшиев и др.). В зале консерватории помимо занятий и концертов регулярно устраивались балы. Это также материально поддерживало консерваторию. Их организатором была кн. В.Нарышкина. Долгие годы Русской консерватории оказывали системати­ческую финансовую поддержку С.А. Кусевицкий и С.В. Рахма­нинов, а также известный пианист Н.А. Орлов и другие русские музыканты, получившие признание в зарубежном музыкальном мире.
Неуверенность в завтрашнем дне, типичная для русской эми­грации вообще, была характерна и для Русской консерватории. Вначале у нее не было даже своего помещения: занятия проводи­лись в депо роялей фирмы Герц на улице Де Петит Экюри. Затем удалось снять дом на набережной Токио, 26 (ныне Нью-йоркская набережная), где Русская консерватория находится и по сей день. Обстановка в консерватории была неспокойной. Из-за частого безденежья среди преподавателей возникали разногласия и рас­при, которые кончились тем, что возникло еще две консерва­тории — Национальная консерватория во главе с Ф. С. Акименко и Е. О. Гунстом и Народная консерватория под руководством певицы Л. И. Абрамовой, где при поступлении даже не требовалось документов о музыкальном образовании. Со временем, к сожалению, и консерватория постепенно вынуждена была снижать требования к поступающим и превратилась в учебное заведение для всех желающих.
Русская консерватория им. С.В.Рахманинова - одно из немногих сохранившихся русских музыкальных просветительных учреждений за рубежом, оно и сегодня слывет «русским клубом» Парижа. Ныне и её, и Российское музыкальное общество в Париже возглавляет  граф Петр Петрович Шереметьев - архитектор, актер и музыкант. В современной Русской консерватории им. Рахманинова в Париже 2 направления: одно - любительское, другое - профессиональное. Учебный срок - шесть лет. П.П.Шереметьев возродил в консерватории курс танца и ввел курс театра по системе Станиславского.
Другим значительным центром художественного образования был Харбин. Здесь было несколько учебных заведений, удовлетворявших потребности не только русской, но и китайской молодежи в музыкальной образованности и профессиональном самоопределении. Еще в 1917 году здесь был создан музыкально – литературно – художественно - драматический кружок «Арс». Волна русской эмиграции вызвала необходимость в создании новых учебных заведений. Наиболее ранними были Музыкальные курсы при Епархиальном совете, созданные в 1920 г. по инициативе епископа Дмитрия и руководимые выпускницей Киевской консерватории Г.Г.Барановой-Поповой,  включающие класс хорового пения и класс теории музыки и сольфеджио. Они просуществовали 15 лет. Курсы работали по программе российских  консерваторий. Их закончило около 900 юношей и девушек. В числе преподавателей были известные в Харбине педагоги, музыканты и певцы - О.М. Рубинская,  Л.П. Федоровская,    И.Петина. Учебное заведение было платным, однако 20% учащихся  обучались безвозмездно. За годы существования было дано 120 ученических концертов[9].
В 1920 г. также открывается первая Харбинская частная музыкальная школа. Ее организаторами стали скрипач В.Д. Трахтенберг и пианистка В.Л. Гершгорина, выпускница Парижской консерватории и Римского музыкального педагогического института. В 1924 г. группой профессоров российских консерваторий — В.И. Диллоном, У.М. Гольдштейном, С.М. Шпильманом, представлявшим собой одновременно фортепианное трио, была создана Высшая музыкальная школа им. А.К.Глазунова. Она существовала до 1934 г. Кроме того, успешно работали Школа пения Марии Васильевны Теодориди, Школа пения Марии Владимировны Осиповой-Закржевской, Балетная школа Куровских , Школа балета Елены Леонтьевны Оссовской,  Школа танцев Николая Андреевича Белого. Как писал известный харбинский скрипач Г.Сидоров, «все музыкально-педагогические учреждения города за время своего существования (а это довольно внушительный период, охватывающий время с 1921 по 1945 год) выпустили огромную «армию» отлично обученных музыкантов, которые с честью   несли   свою   высокую   миссию   по   распространению   искусства. Впоследствии   они  не  только  выступали   как  солисты-концертанты, но  и пополнили ряды педагогов»[10]. В послевоенные годы в период реформы образования все эти музыкальные учебные заведения были объединены, и была создана многоступенчатая Высшая музыкальная школа.  Первую ступень представляла музыкальная школа-семилетка, вторую - среднее музыкальное училище с четырехлетним сроком обучения, третью -  музыкальный институт с пятилетним сроком обучения.
Музыкальное образование Российского Зарубежья развивалось в нескольких направлениях и имело множественные функции: помимо собственно профессиональной подготовки, оно выполняло охранительные, воспитательные функции, помогало бороться с денационализацией русской молодежи, и поэтому большую роль начинает играть использование музыки во всех видах образования – дошкольном, школьном, внешкольном. Вопросом раз­работки мер по предотвращению денационализации в теоретическом и практическом аспекте занимались виднейшие общественные и педагогические деятели русской зарубежной диаспоры: С.И. Гессен, А.П. Дехтерев, П.Д. Долгоруков, А.В. Ельчанинов, А.В. Жекулина, В.В.Зеньковский, И.А. Ильин, С.И. Карцевский, С.А.Острогорский,  В.Д. Плетнев, С.О. Серополко и др.
Для выработки программ и правил воспитания и образования русских детей в эмиграции в 1923 г. в Праге было создано Педагогическое бюро по делам средней и низшей русской школы за границей под председательством В.В. Зеньковского, который считал борьбу с денационализацией русских детей одной из главных для педагогов эмиграции: «Хотелось бы  подчеркнуть еще раз: денационализация молодежи вовсе не  ограничивается сферой языка, что отход от России, потеря «русскости» могут принимать опасные формы, даже если дети еще хорошо говорят по-русски. Основная задача национального воспитания, весь смысл, его ценность в том  именно и заключается, чтобы в молодежи зазвучал и окреп «категорический  императив» посвятить свои силы на служение родине»[11]. Педагогическое бюро выработало программу действий по борьбе с денационализацией, а именно: широкая  информация русской общественности о надвигающейся опасности; создание культурно-национальных объединений; развитие системы русских школ при пересмотре программ  преподавания с учетом значения отдельных предметов в системе национального воспитания; развитие системы внешкольного образования; активизация литературно-издательской деятельности в области издания русской классики и детской литературы; всемерная поддержка форм русского быта; моральная и материальная помощь детям-сиротам; организация праздников  русской культуры. Сравнивая основные задачи гимназии, действовавшей в России и в  эмиграции, воспитатель интерната Шуменской гимназии А. П. Дехтерев писал: «Русская школа в эмиграции выступает в новой уже для нее  роли, о которой трудно было и думать в прежнее время: в роли не только  охранительницы национального лица русских детей, но, и больше того, спасительницы их человеческого лица»[12] [15].
Эмигранты отмеча­ли огромную роль русской музыки в деле национального воспитания подрастающего поколения. Считая ее не только частью нацио­нальной культуры, но и могучим фактором национального воспита­ния, музыкальная комиссия, созданная при Педагогическом Бюро, предложила ввести музыкальное воспитание во все эмигрантские школы, взяв за основу программу С.П. Орлова. Целью музыкального воспитания было не только «пробуждение любви и интереса к музы­кальному искусству вообще, но и умение распознавать и формулиро­вать черты русской музыки (улавливать «русскость» русской музыки)»[13]. В программу, кроме пения, было введено слушание музы­ки, изучение теории и истории музыки (особенно русской), а также анализ музыкальных произведений (мелодии, ритма и так далее). В основу занятий легла русская национальная музыка и особенно рус­ская народная песня.  Выдающийся мыслитель и педагог Российского Зарубежья  И.А. Ильин считал, что наряду с другими действенными средствами национального воспитания (русский язык,. сказка. Жития святых, история, молитва и пр.), русская песня, которую дитя слышит еще с колыбели, помогает усвоить русский строй чувств. А хоровое пение, которое распростра­нено у русских, «национализирует и организует жизнь»[14].
Большое место было отведено русской духовной музыке. Наря­ду с этим происходило ознакомление со славянской музыкой, осо­бенно той страны, где проживали эмигранты. Знакомство с музыкой Запада (И.С. Бах, Р. Вагнер, В.А. Моцарт и др.) допускалось лишь как иллюстративный материал, оттеняющий характерные черты русской. Благодаря усилиям педагогов и музыкантов при Педагогиче­ском бюро была создана постоянно действующая комиссия, которая занималась разработкой программ и составлением рекомендательных каталогов для слушания, продумывала программы праздников (юби­леев писателей, праздник русской культуры и так далее), приобретала и издавала необходимые учебные пособия (книги, ноты, пластинки). Все это помогло «сохранить ребенка русским и наполнить его сердце любовью к родине»[15].
Русские учебные заведения вели также широкую внешкольную работу. Были распространены любительские музыкальные коллективы. Так, в 1926 году при гапсальской гимназии (Эстония) работали кружки - литературный, драматический, музыкальный, спортивный. Оркестр гимназии чутко отзывался на все русские вечера с культурно-просветительной целью и неоднократно выступал с концертами в Нарве, Ревеле и Юрьеве для привлечения средств на нужды эмигрантов.
Большое внимание обращается просветительными обществами на организацию народных хоров из деревенской молодежи. Спрос на хоры особенно возрос в связи с ежегодным празднованием Дней русской культуры: без хора, без пения праздник был немыслим. «К сожалению, устройство народного хора дело не легкое, пение слабо развито в нашей русской деревни, мужская молодежь уклоняется от участия в хоре, только девицы довольно охотно идут в него. Основой народных хоров обычно являются школьные хоры. Но наши школы тоже   не   могут   похвалиться   хорошей   постановкой   пения.   Не   хватает подготовленных руководителей»[16]. Например, в 1928 году в Латвии насчитывалось свыше двух десятков народных русских хоров, с успехом выступавших на народных праздниках и особенно в день русской культуры. Некоторые из них по составу значительны — до 100 человек приобрели уже известность (например, хор Рижского просветительного общества). Чтобы поднять преподавание пения в школах и через них способствовать   развитию   народных   хоров,  Русский Школьный Отдел устраивал летом 1928 года специальные курсы для подготовки учителей пения. Хоровой коллектив помогал пережить чувство одиночества и приобщал подрастающее поколение к ог­ромному пласту русской культуры. Именно стремление отвести душу за пением родных песен способствовало созданию в 20-х гг. многочисленных хоровых коллективов за рубежом. Г. Гребенщи­ков писал: «Никогда еще русская песня не служила такую службу русскому народу, как служит она теперь. Она единственная, всем доступная, и всем приемлемая, ходатайница и печальница народ­ная во всех его тяготах, в нужде, в неволе, на чужбине, в унижении и в славе, в заточении и в разгуле вольности»[17].
Общестуденческий хор им. А. Архангельского стал од­ним из первых хоровых коллективов в Чехословакии, возникший по инициативе студентов высших учебных заведений. Днем его основания считается 13 ноября 1921 года. Солист хора Б. Тихоно­вич вспоминал: «Красивая, благородная идея пропаганды за гра­ницей задушевной русской народной песни и величественно-торжественного духовного песнопения быстро нашла отклик в сту­денческой среде. Одушевленные любовью к народной песне как к одному из проявлений самобытной родной культуры, студенты группировались около хора, отдавая подготовке большую часть своего досуга»[18]. За почти тридцатилетнее существование (коллектив прекратил  свою деятельность 2 июня 1950 г.) хор дал более 200 концертов. За его дирижерским пультом работали выдающиеся музыканты: проф. Петроградской Консерва­тории Александр Григорьевич Чесноков (брат известного духов­ного композитора Павла Чеснокова); русский чех, абсольвент Пражской Консерваторий - Густав Иванович Пехар; П.П. Милославский; Ариадна Николаевна Новикова-Рыжкова (абсольвентка Пражской Консерватории, член хора с 1925 г.); преподаватель русской реальной Гимназии в Праге - Борис Степанович Евтушенко; доктор медицины и член хора Евгений Феофилович Дюков; Ю.И. Арбатский и Адриан Васильевич Левицкий. Коллектив проводил большую общественную работу. Хор из­давал журнал «Русский Хоровой Вестник», в задачи которого входило сбор сведений и помощь в развитии хоровых и музы­кально-певческих организаций русского зарубежья. При хоре су­ществовали различные курсы: арпеджио-гармонии-композиции; подготовки регентов; нотное издательство; отдел связи с зару­бежными хорами и др. Хор имел большую хоровую библиотеку.
Педагоги и музыканты стремились охватить национальным художественным воспитанием и образованием все подрастающее поколение русской эмиграции, включая дошкольников. Вопрос об использовании музыки в педагогическом процессе детского сада обсуждался на съезде по дошкольному воспита­нию. Музыкальному воспитанию в детском возрасте была посвящена одна из ранних работ Г.Я. Трошина[19]. В эмиграции он придавал музыке первостепенное значение в деле дошкольного воспитания, полагая, что музыкальным развитием достигается не только развитие слуха, но и всестороннее развитие лич­ности. Справедливо считая, что всякое дарование может заглохнуть при неблагоприятных условиях, ученый доказал необходимость развития эстетического чувства как одного из важнейших принципов воспитания в раннем детстве. Основной путь эстетического воспитания состоит, по его мнению, в обогащении детской психики эстетическими впечатле­ниями
М.В. Черносвитова так же подчеркивала, что музыкальное воспитание является одной из суще­ственных сторон общего эстетического развития, и в детском саду ему должно быть уделено соответствующее внимание. Она справедливо от­мечала, что уже в раннем возрасте необходимо заложить в ребенке ос­новы музыкальной воспитанности (развитие слуха, голоса, чувства рит­ма, музыкального вкуса), сформировать необходимые умения и навыки. М.В. Черносвитова пришла к выводу о необходимости составления спе­циальных указателей музыкальной литературы для нужд русских зару­бежных школ и детских садов, организации нотоиздательства дошкольного музыкального репертуара в Россий­ском Зарубежье[20].
Таким образом, в Российском Зарубежье складывается достаточно целостная система музыкального образования и воспитания, которая не только давала полноценное профессиональное образование в высших и средних музыкальных учебных заведениях, но и способствовала сохранению и преумножению музыкальной культуры России, выступала как эффективный фактор борьбы с денационализацией. Общее музыкальное образование в русских гимназиях зарубежья и разнообразные внешкольный формы приобщения к русской музыкальной культуре  способствовали  поддержанию и развитию национального самосознания российских изгнанников.
На позднем этапе пореволюционной эмиграции миссия сохранения традиций духовной жизни прежней России постепенно уступает место задаче приспособления к окружающей культурной среде, вхождения в мир европейской культуры. Так начинается новый этап взаимоотношений российского и европейского музыкального образования и культуры.
 
Журнал «Мир образования – образование в мире»: Научно-методический журнал, №2(30), 2008. С.141-152.


[1] Возрождение.  - Париж, 1956. № 52. С.121
[2] Осовский Е.Г. Образование и педагогическая мысль российского зарубежья // Педагогика. - 1995. - №3. С.44
[3] Цит. по: Купцова И.В. Художественная жизнь «Русского Парижа» на страницах газеты  «Последние  новости»   (1920-1922  гг. // Российское зарубежье: история и современность. - М., 1998. С.172
[4] Макеева Н.А. Высшее образование российской молодежи в условиях эмиграции «первой волны» (20-30-е гг. ХХв.): Автореф. дис... канд. пед. наук. – Саранск, 2003. С.11
[5] Костиков В.В. Не будем проклинать изгнанье. Пути и судьбы русской эмиграции. - М.: Международные отношения, 1990. С.243
[6] Томпакова О.М. Николай Николаевич Черепнин: Очерк жизни и творчества. – М.: Музыка, 1991. С.74
[7] Волконский - герой Серебряного века // Наше наследие.  – 1991, № 4
[8] См.: Андреев А. Владимир Иванович Поль//Возрождение, 1962, № 128; Маковский С. На Парнасе Серебряного века. Мюнхен, 1962; Мищенко А.А.  В.И.Поль // Вестник РСХД, 1962, № 65
 
[9] Лазарева С.И., Сергеев О.И., Горкавенко Н.Л. Российские женщины в Манчжурии. - Владивосток. 1996. С.78-83
 
[10] Русский Харбин. М., Изд-во МГУ. 1998. С. 141
 
[11] Зеньковский В.В. Проблемы школьного воспитания в эмиграции //  Русская школа за рубежом.  - Прага, 1929. - Кн. 32. C.175
[12] Дехтерев А.П. С детьми эмиграции. 1920 - 1930.  - Шумен, 1931.С.15
 
[13] Русская школа за рубежом. Исторический опыт 20-х годов: Сборник документов. - М., ИНПО, 1995. С.126
[14] Ильин И.А Путь к очевидности. - М.: Республика, 1993. С. 200
[15] Орлов С. Изучение родного края и зарубежная русская школа // Русская школа за рубежом. - Прага, 1923. - Кн. 1. C .83
[16] Цит. по: Семченко А.В. Внешкольное образование в педагогике Российского Зарубежья: Дис. д-ра пед. наук. -   Тамбов, 2002. С. 254
[17] Цит. по: Марар  О.И., Табачников Б.Я. Русская артистическая эмиграция: судьбы, творчество, жизнь (1918 – 1939 годы). – Воронеж. 2002. С.114
[18] Там же. С.116
[19] Трошин  Г.Я. Музыкальные эмоции в жизни и воспитании. -  М., 1901.
 
[20] Ханова Т.Г. Становление и развитие дошкольного воспитания в Российском Зарубежье (1920 – 1930-е годы) Автореф. дис... канд. пед. наук. - Н. Новгород,  2002. - 22 с.
 



Понравилось? Поделитесь хорошей ссылкой в социальных сетях:



Новости
25 мая 2016
Тодосийчук, А. В. Науке нужны кадры и спрос на инновации

О финансировании науки

подробнее

06 мая 2016
Арест, Михаил. Проблемы математического образования 21 века

Вызовы нового времени и математика в школе

подробнее

26 апреля 2016
Ян Амос Коменский. Матетика, т. е. наука учения. Окончание

Окончание трактата Яна Амоса Коменского «Матетика»

подробнее

17 февраля 2016
Ян Амос Коменский. Матетика, т. е. наука учения

Деятельность учения сопровождает деятельность преподавания, и работе учителя соответствует работа учеников. Теоретически и практически это впервые показал Ян Амос Коменский, развивавший МАТЕТИКУ, науку учения, наряду с ДИДАКТИКОЙ, наукой преподавания.  
 
Трактат Коменского «Матетика, то есть наука учения» недавно был переведён на русский язык под редакцией академика РАН и РАО Алексея Львовича Семёнова.

подробнее

17 января 2016
И. М. Фейгенберг. Пути-дороги

Автобиографическая статья выдающегося психолога и педагога Иосифа Моисеевича Фейгенберга (1922-2016)

подробнее

Все новости

Подписка на новости сайта:



Читать в Яндекс.Ленте

Читать в Google Reader


Найдите нас в соцсетях
Facebook
ВКонтакте
Twitter