Бим-Бад Борис Михайлович

Официальный сайт

Завидую тебе, о кленовый лист.
Ты высшей достигнешь красоты
И тихо упадешь на землю.

Сико

Бим-Бад Б. М. Некоторые уроки истории педагогического образования в США

Автор: Б. М. Бим-Бад


Некоторые уроки истории педагогического образования в США по материалам новейших публикаций
Б. М. Бим-Бад


Одна из наиболее тревожных тенденций в эволюции педагогического образования – это социальная и гендерная динамика его контингента.

С колониальной эпохи и до середины XIX века подавляющее большинство учителей с Америке были молодые мужчины. Убежденные в том, что хорошее поведение учащихся синонимично хорошему учению, руководители общин обычно не нанимали женщин, которым явно недоставало физической силы для поддержания надлежащего порядке в классе.

Источники свидетельствуют, что немногие женщины-учительницы были подростками, а мужчины работали в школе не долее, чем до 25 лет. Все рассматривали работу в школе как временную. Они учили в школе и одновременно учились сами, чтобы не позднее, чем к 25 годам, стать пасторами или юристами.

Вознаграждения были мизерными, работа непродолжительной, сезонной, и существовало немало других возможностей для молодых людей сделать карьеру.

Престижность учителя была на уровне могильщика и звонаря. (Rury, 1989; Sedlak, 1989; Sedlak and Schlossman, 1986).

С конца 1840-х годов во всех регионах страны в профессию учителя стали входить женщины, притом в беспрецедентном количестве. В корне изменились религиозные и общественные взгляды на воспитание детей в начале XIX столетия, особенно среди умеренных, богатых и либеральных христианских сект Новой Англии и Средне-Атлантического региона. Прежде дети считались греховными, имеющими врожденные дурные наклонности, так что их воспитание сводилось к запугиванию и принуждению до тех пор, пока они не вырастали достаточно, чтобы их, грешников, можно было обратить к Богу.

Новое учение, которое называлось "христианским воспитанием", отвергало постулаты о врожденной греховности дитяти и поощряло взгляд на детей как на существ, способных дорасти до момента обращения, который и был гарантией спасения. Новая педагогика предписывала учителям обеспечить культурное окружение детей, которое давало бы им духовную пищу и вело бы их к спасению без пугающих образов вечного проклятия. Предполагалось, что личность и отношения к детям женщины, а не мужчины, особенно подходят для отправления воспитательной функции.

К 1850 году большинство учителей по всей стране были женщинами. Феминизация школы продолжилась до начала ХХ века. В 1930-х годах 70 % учителей были женщинами, 30 % - мужчинами (в старших классах), и это соотношение сохраняется неизменным до сего дня.

Однако и будучи женщинами, лишь горстка профессиональных учителей задерживалась на работе в школе более пяти лет. И эти перспективные учительницы рекрутировались среди наименее академически успешных и талантливых членов общины. Наряду с очень немногими блестящими молодыми женщинами, начинавшими свою профессиональную карьеру школьными учителями, все остальные оставались на уровне "прирожденных девятиклассниц" (Lewis Terman).

Социальный престиж школьных учителей остается на уровне сиделок и социальных работников. В общественном сознании учительница наделена образом "социальной домработницы". "Женское дело" учительствования идентифицируется одновременно и с некоей экстраполяцией ведения домашнего хозяйства, и с болезненной потерей самостоятельности в самовыражении, принятии решений, с зависимостью от начальства и бюрократии, с потерей социального статуса... Неудивительно, что историки и экономисты, изучающие рынок труда, все чаще связывают феминизацию учительской профессии с усилиями ограничить учителей в принятии решений относительно академического будущего новых поколений. Имеются в виду попытки ввести "защищенное от учителя" содержание образования и технологии обучения, позволяющие обойтись без учителя, например, программированное машинное обучение. (Apple, 1995; Clifford, 1989).

Общественное мнение об учительницах как недалеких в умственном отношении людях, к тому же страдающих от низкого социального статуса и жесткого административного контроля, рутины и напоминающих тюрьму порядков, в свою очередь мешал в ХХ веке притоку в профессию яркой талантливой амбициозной молодежи.


Другая проблема, тревожащая историков и руководителей педагогического образования, – его содержание, качество, соотношение в нем предметной подготовки и методической тренировки с т. н. свободными искусствами.

К началу ХХ века сравнительно небольшие факультеты педагогики расширились до высших школ и открыли аспирантуры в этой сфере знаний и практики. В этих учреждениях были разработаны многочисленные специализации: управление образованием, педагогическая психология, педагогическая социология теория и практика учебного плана (содержания образования). Эксперты и профессионалы пытались "вырастить" учительскую профессию, подобную профессии медика или юриста. Подготовка к этой педагогической профессии предполагала создание образовательных программы и своего технического языка.

Дэвид Ангус, профессор истории педагогики Мичиганского университета, писал в своей ценной монографии "Профессионализм и общественное благо", что между ученой педагогикой и школьными учителями в ХХ веке расширялся раскол. Одновременно ученые в области педагогики удалялись от профессорско-преподавательского состава гуманитарных и естественнонаучных факультетов.

Педагогическое образование так до сего времени и не стало аналогичным медицинскому или юридическому образованию.

Во-первых, существуют убедительные доказательства того, что те, кто овладели важнейшими для своей профессии знаниями по медицине или праву, более эффективны в своей профессиональной деятельности, чем не получившие этих знаний. В педагогике практика образования была сама по себе, а теория – сама по себе. Более того, в самой теории недоставало общепризнанного ядра "канонического" знания - ни содержательного, ни методического.

Во-вторых, в педагогике, в отличие от медицины, не было и нет устоявшихся и основанных на исследованиях стандартов и процедур определения нормы, диагностики заболеваний и их терапии. Педагоги дебатируют вопросы, чему учить, как учить, как тестировать, стоит ли тестировать вообще, какие исследовательские методы приемлемы. Сомнительные исследовательские результаты не раз полностью сбивали практических учителей с толку.

Например, в начале ХХ столетия ученые педагоги заявили, что существуют неизменные, непреложные, постоянные и общепринятые законы учения, но всего поколение спустя эти законы были забыты.

В 1920-ые и 1930-ые годы последним криком моды среди педагогов-психологов было интеллектуальное тестирование. Теперь оно уступило место тестам успешности.

Третье отличие подготовки учителей от медиков и юристов заключено в том, что последние точно знают, что им придется получать лицензию на свою деятельность и с этой целью сдавать внешний экзамен. Учителям же достаточно для вступления в профессию только оценок своих профессоров и преподавателей. Внешний экзамен для получения лицензии у них отсутствует.

Последнее и самое важное. Успехи медицинских наук привели к улучшению здоровья американского народа. Врачи вынуждены постоянно следить за прогрессом теоретического знания, чтобы быть эффективными в быстрой и точной диагностике, чтобы давать обоснованные советы по поддержанию здоровья. Поскольку от учителей не требуется периодического возобновления лицензии на профессиональную деятельность, они не ощущают такой же настоятельной потребности в знании новейших научных разработок, как медики и как юристы.


"Если мы хотим учиться у истории, мы осознаем, что образование станет уважаемой и надежной профессией только тогда, когда оно поставит практику на прочное основание научных исследований, прошедших проверку и доказавших свою истинность. Мы должны настаивать на совершенствовании доказательной базы, на проведении более тщательно спланированных экспериментов, на воспроизводимости результатов. История педагогики показывает, что нам жизненно необходимо неоспоримое знание о том, как улучшить учение и как измерять его результаты. Наши университеты обязаны ликвидировать разрыв в подготовке учителей между академической педагогикой и преподаванием учебных предметов так, чтобы учителя были не только хорошими предметниками, но действительно образованными людьми".

С этими словами, которыми Диана Равич заканчивает свой доклад под названием "Краткая история учительской профессии" (на недавней конференции по педагогическому образованию в Департаменте образования США), согласны и другие историки американского образования. В частности, именно таков смысл обширного исследования Сесилии Шренкер "История педагогического образования в университете штата Висконсин, 1896-1997". А в "Энциклопедии педагогических исследований за 1992 г." Майкл Дж. Седлак из Мичиганского университета предваряет раздел "История учителей и учительствования, рассказанная теми, кто ее действительно знает" словами: "Читайте и рыдайте над этой душераздирающей историей, ибо учительствование – НЕ то, что вы себе представляете".

-----------------------------------------

Ссылки:

Diane Ravitch, Ph.D. — A Brief History of Teacher Professionalism / http://www.ed.gov/admins/tchrqual/learn/preparingteachersconference/ravitch.html

A History of Teaching in America - As Told By Those Who Know / http://www.wakingbear.com/history.htm

Cecilia E. Schrenker The History of Teacher Education at the University of Wisconsin-Superior 1896-1997 http://209.85.135.104/search?q=cache:n_n1U5RqB4AJ:www2.uwsuper.edu/TED/COPE/The%2520History%2520of%2520Teacher%2520Education.doc+history+of+teacher+education&hl=ru&ct=clnk&cd=3

-------------------------------------------------------



Понравилось? Поделитесь хорошей ссылкой в социальных сетях:



Новости
25 мая 2016
Тодосийчук, А. В. Науке нужны кадры и спрос на инновации

О финансировании науки

подробнее

06 мая 2016
Арест, Михаил. Проблемы математического образования 21 века

Вызовы нового времени и математика в школе

подробнее

26 апреля 2016
Ян Амос Коменский. Матетика, т. е. наука учения. Окончание

Окончание трактата Яна Амоса Коменского «Матетика»

подробнее

17 февраля 2016
Ян Амос Коменский. Матетика, т. е. наука учения

Деятельность учения сопровождает деятельность преподавания, и работе учителя соответствует работа учеников. Теоретически и практически это впервые показал Ян Амос Коменский, развивавший МАТЕТИКУ, науку учения, наряду с ДИДАКТИКОЙ, наукой преподавания.  
 
Трактат Коменского «Матетика, то есть наука учения» недавно был переведён на русский язык под редакцией академика РАН и РАО Алексея Львовича Семёнова.

подробнее

17 января 2016
И. М. Фейгенберг. Пути-дороги

Автобиографическая статья выдающегося психолога и педагога Иосифа Моисеевича Фейгенберга (1922-2016)

подробнее

Все новости

Подписка на новости сайта:



Читать в Яндекс.Ленте

Читать в Google Reader


Найдите нас в соцсетях
Facebook
ВКонтакте
Twitter